Мне кажется, решение о весне принимается в Англии птицами. У Чосера есть такая поэма, "Птичий парламент", вот, видимо, там и принимают, и как только выходит указ, весну уже не остановить ничем, раз каждое утро о ней громогласно заявляет щебет за окном, пусть даже ещё в темноте. И тогда уже неважна собственно погода, потому что всё дышит в унисон - и дождь, как в четверг, когда "слёзы текут по холодням ветвям - ни словом унять, ни платком утереть", и вчерашний мир в дымке, и сегодняшнее солнце. А вообще ранняя английская весна больше всего похожа вот на что: акварельный пейзаж, обычный, домики-речка-деревья-много неба, на который потом пролили всю банку воды, где отмывали кисти. Я шла вчера после работы по Кембриджу, и чужие сады пахли цветами и почему-то лимонной мятой, и на всех ветках висели пронзительные алмазы, куда там Тиффани, и на стволах явственно проступала моховая зелень, как всегда в это время года. А шла я за новым велосипедом, который зовут Молли, потому что ни марка - "Ястреб", ни модель - "Манхэттен" категорически не подходят милой девочке цвета весеннего салата и моей старой советской "Камы". С Молли было очень весело ждать поезда на платформе, манипулируя велосипедом, плеером и стаканчиком горячего шоколада, зато теперь я смогу долетать до станции на три минуты быстрее, а значит, смогу лишние три минуты медитировать в душе (мой старый велик с маленькими колёсами отправится жить в школу, в Кембридж). А ещё я сегодня ходила гулять в драных джинсах, сквозь которые весна щекочет коленки, и в новом бархатном пальто, а вчера вечером разыскала львовскую монетку в страшном бардаке, разобранном в порыве совестливости. И грусть от фильма не проходит, как я люблю. Моя жизнь полна.

смотреть на мокрое