Хотели утром попить кофе в тиши и покое - по случаю 14-летия нашей встречи я купила новые кружки с хризантемами Уильяма Морриса и эклеры со свежими сливками. Но, конечно, для этого надо было ставить будильник на 5 утра, потому что естественным образом мы просыпаемся примерно все вместе, и эклерами пришлось делиться с маленьким монстром в полосатой пижаме и его рыжим вельветовым лисом, уже ставшим любимой спальной игрушкой. Впрочем, по зрелом размышлении, участие детёныша было только справедливо, поскольку наше с Джоном знакомство повлияло на него весьма непосредственно.
Сегодня, скорее всего, у нас последний день осени: завтра, вернее, уже сегодня ночью, обещают какие-то небывалые шторма, которыми наверняка сметёт все драгоценности осени и оставит её Золушкой на ступеньках дворца. Сильный ветер уже сегодня весь день, в трубах воют привидения, листопад ловит свой хвост, в лужах разлетается всё, что чему там положено разлетаться, а липы в самом центре деревни уже стоят голые - видимо, там пересекаются все вихри и треплют их особенно нещадно.
А я, наконец, дошла до своего персонального, в шаговой доступности, кусочка практически питерской осени: через лужайку напротив дома стоят два клёна, на которые я любуюсь уже второй год, потому что уж очень они правильно себя ведут. Дошла, конечно, с фотоаппаратом и в хорошей компании - Артуру очень понравилось бегать по шуршащим и вьющимся листьям (правда, куда больше понравилось висеть на заборе, с которого пришлось его сманивать обещанием банана, а то так бы и висел целый день).
Ещё купила белый цикламен себе в кабинет (когда разберу его!) и в саду посадила остатки луковиц - нарциссы, тюльпаны, крокусы. Крокусы и тюльпаны у меня никогда нигде хорошо не росли, посмотрим, что выйдет здесь.
Достали запас свечек и фонариков, заряжаем телефоны - если и правда будет шторм, в наших сельских краях электричество запросто может вырубиться. Пойду, наверное, испеку кекс.