А у нас умерла последняя мыша. Совсем старенькая была (два с половиной года), облезлая, по лесенке уже не могла лазать, сидела на первом этаже. Но сушёные бананы трескала за милую душу. Мирно отошла во сне, в картонном рулончике из-под туалетной бумаги. Джон её похоронил с яблочком. Язычник. Заведём ещё, после Турции, чтобы меньше забот соседям, которые будут кормить наших зверей. Вот надо же, такая я кошка была всю жизнь, а на старости лет полюбила грызунов.